Обзор новостей

Все последние новости в мире политики, экономики, здоровья, спорта и искусства

рецензия на российский фильм «Разжимая кулаки», получивший Гран-при на Каннском фестивале


Разжимая кулаки

Кажется, та самая мастерская из Нальчика Александра Сокурова стала чуть ли не главной кузницей талантов среди молодых российских кинематографистов. Самородки из Кабардино-Балкарии ездят по фестивалям и успешно представляют Россию на международной киноарене. На прошлом Каннском фестивале, прошедшем в 2019 году, Кантемир Балагов во второй по значимости программе смотра «Особый взгляд» получил сразу две награды — за режиссуру и приз ФИПРЕССИ. В этом году жюри этой же секции во главе с Андреа Арнольд отдали Гран-при Кире Коваленко и ее картине «Разжимая кулаки» — оба вчерашних студента заручились поддержкой продюсера Александра Роднянского.

Милана Агузарова в роли Ады на кадре из фильма «Разжимая кулаки»

Милана Агузарова в роли Ады на кадре из фильма «Разжимая кулаки»


Милана Агузарова в роли Ады на кадре из фильма «Разжимая кулаки»

Коваленко к своему второму полнометражному фильму (дебют постановщицы «Софичка» вышел в 2016 году) относится как к очень личному — часть ее опыта взросления в небольшом городке на Северном Кавказе перенесена на экран. Кино вышло не то чтобы совсем бессюжетным, но оно скорее воспринимается как попытка уловить состояние, чем как желание выстроить линию (пусть и рваную) нескольких прожитых дней. Ада (Милана Агузарова и бездна ее глаз) красиво смущается и прячется в воротник старой куртки — она работает продавщицей в магазине, перебирает детскую обувь и достает конфеты малышне из-под прилавка. Ада — единственная женщина среди мужчин: отец и брат, парень, влюбленный в нее, и тот, в которого влюблена она (конечно же, тут несовпадение), взяли девушку в плотное кольцо. Встречи с подругой и ее детьми, будни в магазине, застолье в честь папы — череда неприметных событий, где каждое из легковесной рутины превращается в еще один кирпичик непосильного гнета, который Ада вынуждена нести на своих хрупких плечах.

Милана Агузарова в роли Ады на кадре из фильма «Разжимая кулаки»

Милана Агузарова в роли Ады на кадре из фильма «Разжимая кулаки»


Милана Агузарова в роли Ады на кадре из фильма «Разжимая кулаки»

Порой тяжесть из характеристики семейных обстоятельств превращается в нечто осязаемое и буквальное — духоту традиционного патриархального уклада Коваленко рисует плотными мазками киноязыка: шкаф в прихожей качнулся, и после падения, словно кариатида, Ада подпирает полку своей головой. Вырваться не получится, она стиснута железной хваткой отца — снова в двух измерениях: и пальцами вокруг пояса и социальной ответственностью — Ада не знает, где ее паспорт. Бежать некуда и, главное, не к кому. Самые болезненные штрихи контуров ситуации проступают в отличиях от всех фем-направленных голливудских фильмов, где женщины раз за разом встают с колен и уверенной поступью движутся в счастливое будущее, полностью зависящее от них. Социального лифта у Ады с Северного Кавказа будто бы просто и нет — бесконечная череда зависимостей, где из одних прочно сомкнутых рук на запястьях можно лишь оказаться в других и уповать, что следующая хватка будет чуть менее болезненной. Хотя разница между ними едва различима — призрачная возможность оборачивается еще одним капканом, где сквозь зубцы мерещится луч надежды.

Милана Агузарова в роли Ады на кадре из фильма «Разжимая кулаки»

Милана Агузарова в роли Ады на кадре из фильма «Разжимая кулаки»


Милана Агузарова в роли Ады на кадре из фильма «Разжимая кулаки»

Ощущение сдавленной тоски собирает воедино жизнь и кино, делая ставки на первую: все артисты главных ролей совсем не артисты — случайные прохожие, фактурные лица, найденные Кирой Коваленко прямо на полпути. Играют ли они что-то или изменяют одним своим присутствием воздух в кадре, определить невозможно, но именно люди мертвую серость провинциальных пейзажей (где горы будто отлиты из металла) заставляют дышать, хоть и с трудом, — время от времени нарратив задыхается.

«Разжимая кулаки» — кино осознанное и очень старательное, но прежде всего кино фестивальное (со всеми атрибутами, которые вкладываются в это понятие). Его проще воспринимать в контексте Каннского смотра, чем отметить точкой на карте России, хотя то, что география съемок выходит за рамки двух столиц, — уже важный шаг, как и победа в «Особом взгляде». Маленькая история большого гнета оказалась не только рассказанной (пусть местами сбивчиво и нестройно), но и увиденной. А это уже что-то.



Source link